Остров АзерАиды [Азер и Аида. Сотвори себе остров| - Гюльшан Лятифхан

на русский манер, вероятно тоже из стратегических соображений – угодить обеим сторонам. Одного не учли мои родители: в графе «национальность» в паспорте у меня написано «азербайджанка», чѐрным по белому! Так что, если б нашлись люди, не желавшие принять меня за свою в Азербайджане, они вынуждены были бы сдаться: факты - упрямое дело! Но в соседней Армении даже при всѐм том, что моѐ имя, фамилия и отчество звучат не чуждо для армянского уха, с подобной отметкой в графе о национальности я не была и никогда уже не буду своей – я дочь ненавистного армянами азербайджанского народа, а значит, изгой навеки веков. Ну и пусть, я всѐ равно не собираюсь там жить...

Как бы там ни было, я – полукровка! Несчастная маргиналка, наказанная богом носительница генов двух враждующих друг с другом народов, и отсюда все мои беды и напасти. От матери, скромной и привлекательной светлокожей преподавательницы Политехнического Института, я унаследовала цвет кожи, серые глаза, каштановые волосы, изящество и чувственность, от отца – яркие черты выразительного лица, гордый римский нос, правда слегка вздѐрнутый в моѐм исполнении, как дань природы представительнице женского пола, буйный кавказский темперамент, бескомпромиссность и гордость.

Однако неправильным было бы думать, что я всегда страдала от сознания своей неполноценности вследствие смешанного брака моих бездумных родителей. О нет, мы знавали и другие, старые добрые времена, когда мне и в голову не приходила мысль о том, что я невыгодно отличаюсь от других... Когда-то я жила, безумно счастливая, в полном достатка доме двух любящих друг друга людей: обожаемая ими желанная дочь, которую они таскали по балетным студиям, фольклорным кружкам, музыкальным и спортивным школам. Тогда я жила в государстве, гордо именуемом Союзом Советских Социалистических Республик. В этом могущественном многонациональном государстве не было места для этнических конфликтов, религиозной неприязни и вражды. Мне посчастливилось родиться в замечательной республике этого государства – в цветущем и солнечном Азербайджане. Моя Родина подарила миру великих философов, поэтов и мудрецов, потрясающе красивую музыку, изысканные ковры, а из полезных ископаемых - нефть, на фонтанах которой нажили своѐ богатство братья Нобели, учредившие на доходах от этой самой нефти прославленную Нобелевскую премию...

Сейчас уже и поверить трудно, что некогда я была абсолютно счастливой гражданкой этой замечательной республики... Ещѐ какой счастливой! А чего ещѐ желать человеку, когда над головой его светит яркое южное солнце, ноги его омывают воды древнего Каспия, слух радует изысканная национальная музыка, взор ласкают величественные пейзажи древних гор и скал, на которых до наших дней сохранились следы древних цивилизаций - высеченные наскальные рисунки, оставленные нашими далекими пращурами из Гобустана. Я уж не говорю о вкуснейших блюдах национальной кухни, приготовленных из осетрины или из нежного мяса пасущихся в степи курдючных барашков, сдобренных душистым шафраном, имбирем, корицей и сочной пряной зеленью!

Но, очевидно, человеку, а точнее неразумным и алчным представителям человечества всегда чего-то не хватает. Ибо безбедно и мирно жившие в Нагорно-Карабахском регионе Азербайджана армяне, подстрекаемые армянским лобби, заражѐнным националистическим вирусом и помешанном на иллюзии создания «Великой Армении», затеяли страшную политическую интригу. Интригу, которая привела не только к войне между двумя республиками, но и к развалу всего некогда могущественного Советского Союза. Ибо Карабахский конфликт, начавшийся при популисте Горбачѐве с его бредовыми идеями о перестройке, между двумя республиками некогда единой страны, развившись вскоре до кровавой войны, продолжался уже на территориях ставших независимыми государств. Сами того не ведая, армяне оказались орудием в руках сил, использовавших их больные амбиции для уничтожения представляющей угрозу для Запада социалистической системы.

Но ни проклятый Горбачѐв, ни обезумевшие армянские националисты не подумали о нас, о многочисленных представителях смешанных семей - тех, кому суждено было жить рядом и вместе... Так же, как не подумали и о миллионах людей, лишившихся по их вине крова, жизней, обреченных жить в вечном страхе и печали вдали от родины...

Им было наплевать на то, что при живой матери я осталась сиротой! А как ещѐ прикажете величать меня, которая вот уже почти десять лет живѐт, как отрезанный ломоть, вдали от матери? А ведь она жива и здорова, моя мать! Тем не менее, ей пришлось уехать, оставив меня, одиннадцатилетнюю дочь, на попечение мужа и мужниной родни. Я не виню маму: она ведь искренне верила, что совершает благое дело ради меня и моего будущего. Хотя для меня, как и для любого нормального ребѐнка важнее всего на свете было иметь рядом мать и полноценную семью, которую разбили искусственным образом... Это сейчас мне, уже двадцатилетней, не так больно, как раньше: с годами я огрубела сердцем, наученная страдать и терпеть. Иногда мне кажется, что я превратилась в каменного истукана, в мумию, бесстрастно наблюдающую со стороны за этой бессмысленной и такой алогичной жизнью...

Когда начался конфликт, мой отец работал на должности заместителя министра в одной из ведущих отраслей республики. (Наверняка, натерпелся бедняга, представляю его страхи и опасения!) Папа ведь очень любил маму и переживал за неѐ, но, будучи мужественным человеком, предпочитал страдать молча. «Разве я - единственный, женившийся на армянке? Пусть попробует кто-то что-нибудь мне сказать!» – бодрился он.

А никто ничего и не говорил. Есть официальные данные, что в Баку даже сегодня, по прошествии многих лет после начала конфликта, проживает более двадцати тысяч армян. И это в столице республики, наводнѐнной беженцами из Армении, в городе, где братские могилы жертв армянской агрессии растут не по дням, а по часам. Почему же именно моя мать должна была уехать из Баку? По-ч-ч-е-е-му?.. Сейчас-то я знаю - почему, но в конце восьмидесятых годов,*5 когда происходили эти события, мне было всего одиннадцать лет, и я своим детским разумом отказывалась понимать, почему у меня отнимают маму, самую милую, самую лучшую маму, самое дорогое существо на свете...

 

1. Ами оглы – букв.: сын дяди по отцу

2. Сеид (азерб.) – почѐтный титул у мусульман, ведущих свою родословную от пророка Мухаммеда, употребляется перед именем 3. Бибишка